Коллекция работ Анатолия Зверева — уникальный артефакт, пожалуй, самого яркого периода творчества художника. В конце 1950-х - начале 1960-х Зверев с готовностью шёл на эксперименты с цветом и формой. Зверев работал с подручными материалами, смело смешивая краски и часто даже добавляя в них непредназначенные для живописи материалы. Несмотря на низкокачественную бумагу и небрежный мазок, работы этого периода невероятно ценны своей экспрессивностью. В более поздние годы Зверев стал заложником своего коммерческого успеха, сосредоточившись в основном на иллюстрациях и портретах. В ранних же его работах прослеживается интерес к различным формам и концепциям, ярко выражен интерес к актуальному абстрактному искусству - ташизму и абстрактному экспрессионизму.

Работы происходят из собрания Клод Дей, главного корреспондента France-Soir в СССР. Клод Дей работала корреспондентом на легендарной Бульдозерной выставке в Москве в 1974 году.

Коллекция работ Анатолия Зверева — уникальный артефакт, пожалуй, самого яркого периода творчества художника. В конце 1950-х - начале 1960-х Зверев с готовностью шёл на эксперименты с цветом и формой. Зверев работал с подручными материалами, смело смешивая краски и часто даже добавляя в них непредназначенные для живописи материалы. Несмотря на низкокачественную бумагу и небрежный мазок, работы этого периода невероятно ценны своей экспрессивностью. В более поздние годы Зверев стал заложником своего коммерческого успеха, сосредоточившись в основном на иллюстрациях и портретах. В ранних же его работах прослеживается интерес к различным формам и концепциям, ярко выражен интерес к актуальному абстрактному искусству - ташизму и абстрактному экспрессионизму.

Работы происходят из собрания Клод Дей, главного корреспондента France-Soir в СССР. Клод Дей работала корреспондентом на легендарной Бульдозерной выставке в Москве в 1974 году.

Коллекция работ Анатолия Зверева — уникальный артефакт, пожалуй, самого яркого периода творчества художника. В конце 1950-х - начале 1960-х Зверев с готовностью шёл на эксперименты с цветом и формой. Зверев работал с подручными материалами, смело смешивая краски и часто даже добавляя в них непредназначенные для живописи материалы. Несмотря на низкокачественную бумагу и небрежный мазок, работы этого периода невероятно ценны своей экспрессивностью. В более поздние годы Зверев стал заложником своего коммерческого успеха, сосредоточившись в основном на иллюстрациях и портретах. В ранних же его работах прослеживается интерес к различным формам и концепциям, ярко выражен интерес к актуальному абстрактному искусству - ташизму и абстрактному экспрессионизму.

Работы происходят из собрания Клод Дей, главного корреспондента France-Soir в СССР. Клод Дей работала корреспондентом на легендарной Бульдозерной выставке в Москве в 1974 году.

Коллекция работ Анатолия Зверева — уникальный артефакт, пожалуй, самого яркого периода творчества художника. В конце 1950-х - начале 1960-х Зверев с готовностью шёл на эксперименты с цветом и формой. Зверев работал с подручными материалами, смело смешивая краски и часто даже добавляя в них непредназначенные для живописи материалы. Несмотря на низкокачественную бумагу и небрежный мазок, работы этого периода невероятно ценны своей экспрессивностью. В более поздние годы Зверев стал заложником своего коммерческого успеха, сосредоточившись в основном на иллюстрациях и портретах. В ранних же его работах прослеживается интерес к различным формам и концепциям, ярко выражен интерес к актуальному абстрактному искусству - ташизму и абстрактному экспрессионизму.

Работы происходят из собрания Клод Дей, главного корреспондента France-Soir в СССР. Клод Дей работала корреспондентом на легендарной Бульдозерной выставке в Москве в 1974 году.

Коллекция работ Анатолия Зверева — уникальный артефакт, пожалуй, самого яркого периода творчества художника. В конце 1950-х - начале 1960-х Зверев с готовностью шёл на эксперименты с цветом и формой. Зверев работал с подручными материалами, смело смешивая краски и часто даже добавляя в них непредназначенные для живописи материалы. Несмотря на низкокачественную бумагу и небрежный мазок, работы этого периода невероятно ценны своей экспрессивностью. В более поздние годы Зверев стал заложником своего коммерческого успеха, сосредоточившись в основном на иллюстрациях и портретах. В ранних же его работах прослеживается интерес к различным формам и концепциям, ярко выражен интерес к актуальному абстрактному искусству - ташизму и абстрактному экспрессионизму.

Работы происходят из собрания Клод Дей, главного корреспондента France-Soir в СССР. Клод Дей работала корреспондентом на легендарной Бульдозерной выставке в Москве в 1974 году.

Коллекция работ Анатолия Зверева — уникальный артефакт, пожалуй, самого яркого периода творчества художника. В конце 1950-х - начале 1960-х Зверев с готовностью шёл на эксперименты с цветом и формой. Зверев работал с подручными материалами, смело смешивая краски и часто даже добавляя в них непредназначенные для живописи материалы. Несмотря на низкокачественную бумагу и небрежный мазок, работы этого периода невероятно ценны своей экспрессивностью. В более поздние годы Зверев стал заложником своего коммерческого успеха, сосредоточившись в основном на иллюстрациях и портретах. В ранних же его работах прослеживается интерес к различным формам и концепциям, ярко выражен интерес к актуальному абстрактному искусству - ташизму и абстрактному экспрессионизму.

Работы происходят из собрания Клод Дей, главного корреспондента France-Soir в СССР. Клод Дей работала корреспондентом на легендарной Бульдозерной выставке в Москве в 1974 году.

Коллекция работ Анатолия Зверева — уникальный артефакт, пожалуй, самого яркого периода творчества художника. В конце 1950-х - начале 1960-х Зверев с готовностью шёл на эксперименты с цветом и формой. Зверев работал с подручными материалами, смело смешивая краски и часто даже добавляя в них непредназначенные для живописи материалы. Несмотря на низкокачественную бумагу и небрежный мазок, работы этого периода невероятно ценны своей экспрессивностью. В более поздние годы Зверев стал заложником своего коммерческого успеха, сосредоточившись в основном на иллюстрациях и портретах. В ранних же его работах прослеживается интерес к различным формам и концепциям, ярко выражен интерес к актуальному абстрактному искусству - ташизму и абстрактному экспрессионизму.

Работы происходят из собрания Клод Дей, главного корреспондента France-Soir в СССР. Клод Дей работала корреспондентом на легендарной Бульдозерной выставке в Москве в 1974 году.

Коллекция работ Анатолия Зверева — уникальный артефакт, пожалуй, самого яркого периода творчества художника. В конце 1950-х - начале 1960-х Зверев с готовностью шёл на эксперименты с цветом и формой. Зверев работал с подручными материалами, смело смешивая краски и часто даже добавляя в них непредназначенные для живописи материалы. Несмотря на низкокачественную бумагу и небрежный мазок, работы этого периода невероятно ценны своей экспрессивностью. В более поздние годы Зверев стал заложником своего коммерческого успеха, сосредоточившись в основном на иллюстрациях и портретах. В ранних же его работах прослеживается интерес к различным формам и концепциям, ярко выражен интерес к актуальному абстрактному искусству - ташизму и абстрактному экспрессионизму.

Работы происходят из собрания Клод Дей, главного корреспондента France-Soir в СССР. Клод Дей работала корреспондентом на легендарной Бульдозерной выставке в Москве в 1974 году.

Коллекция работ Анатолия Зверева — уникальный артефакт, пожалуй, самого яркого периода творчества художника. В конце 1950-х - начале 1960-х Зверев с готовностью шёл на эксперименты с цветом и формой. Зверев работал с подручными материалами, смело смешивая краски и часто даже добавляя в них непредназначенные для живописи материалы. Несмотря на низкокачественную бумагу и небрежный мазок, работы этого периода невероятно ценны своей экспрессивностью. В более поздние годы Зверев стал заложником своего коммерческого успеха, сосредоточившись в основном на иллюстрациях и портретах. В ранних же его работах прослеживается интерес к различным формам и концепциям, ярко выражен интерес к актуальному абстрактному искусству - ташизму и абстрактному экспрессионизму.

Работы происходят из собрания Клод Дей, главного корреспондента France-Soir в СССР. Клод Дей работала корреспондентом на легендарной Бульдозерной выставке в Москве в 1974 году.

Коллекция работ Анатолия Зверева — уникальный артефакт, пожалуй, самого яркого периода творчества художника. В конце 1950-х - начале 1960-х Зверев с готовностью шёл на эксперименты с цветом и формой. Зверев работал с подручными материалами, смело смешивая краски и часто даже добавляя в них непредназначенные для живописи материалы. Несмотря на низкокачественную бумагу и небрежный мазок, работы этого периода невероятно ценны своей экспрессивностью. В более поздние годы Зверев стал заложником своего коммерческого успеха, сосредоточившись в основном на иллюстрациях и портретах. В ранних же его работах прослеживается интерес к различным формам и концепциям, ярко выражен интерес к актуальному абстрактному искусству - ташизму и абстрактному экспрессионизму.

Работы происходят из собрания Клод Дей, главного корреспондента France-Soir в СССР. Клод Дей работала корреспондентом на легендарной Бульдозерной выставке в Москве в 1974 году.

Коллекция работ Анатолия Зверева — уникальный артефакт, пожалуй, самого яркого периода творчества художника. В конце 1950-х - начале 1960-х Зверев с готовностью шёл на эксперименты с цветом и формой. Зверев работал с подручными материалами, смело смешивая краски и часто даже добавляя в них непредназначенные для живописи материалы. Несмотря на низкокачественную бумагу и небрежный мазок, работы этого периода невероятно ценны своей экспрессивностью. В более поздние годы Зверев стал заложником своего коммерческого успеха, сосредоточившись в основном на иллюстрациях и портретах. В ранних же его работах прослеживается интерес к различным формам и концепциям, ярко выражен интерес к актуальному абстрактному искусству - ташизму и абстрактному экспрессионизму.

Работы происходят из собрания Клод Дей, главного корреспондента France-Soir в СССР. Клод Дей работала корреспондентом на легендарной Бульдозерной выставке в Москве в 1974 году.

Коллекция работ Анатолия Зверева — уникальный артефакт, пожалуй, самого яркого периода творчества художника. В конце 1950-х - начале 1960-х Зверев с готовностью шёл на эксперименты с цветом и формой. Зверев работал с подручными материалами, смело смешивая краски и часто даже добавляя в них непредназначенные для живописи материалы. Несмотря на низкокачественную бумагу и небрежный мазок, работы этого периода невероятно ценны своей экспрессивностью. В более поздние годы Зверев стал заложником своего коммерческого успеха, сосредоточившись в основном на иллюстрациях и портретах. В ранних же его работах прослеживается интерес к различным формам и концепциям, ярко выражен интерес к актуальному абстрактному искусству - ташизму и абстрактному экспрессионизму.

Работы происходят из собрания Клод Дей, главного корреспондента France-Soir в СССР. Клод Дей работала корреспондентом на легендарной Бульдозерной выставке в Москве в 1974 году.

Коллекция работ Анатолия Зверева — уникальный артефакт, пожалуй, самого яркого периода творчества художника. В конце 1950-х - начале 1960-х Зверев с готовностью шёл на эксперименты с цветом и формой. Зверев работал с подручными материалами, смело смешивая краски и часто даже добавляя в них непредназначенные для живописи материалы. Несмотря на низкокачественную бумагу и небрежный мазок, работы этого периода невероятно ценны своей экспрессивностью. В более поздние годы Зверев стал заложником своего коммерческого успеха, сосредоточившись в основном на иллюстрациях и портретах. В ранних же его работах прослеживается интерес к различным формам и концепциям, ярко выражен интерес к актуальному абстрактному искусству - ташизму и абстрактному экспрессионизму.

Работы происходят из собрания Клод Дей, главного корреспондента France-Soir в СССР. Клод Дей работала корреспондентом на легендарной Бульдозерной выставке в Москве в 1974 году.

Коллекция работ Анатолия Зверева — уникальный артефакт, пожалуй, самого яркого периода творчества художника. В конце 1950-х - начале 1960-х Зверев с готовностью шёл на эксперименты с цветом и формой. Зверев работал с подручными материалами, смело смешивая краски и часто даже добавляя в них непредназначенные для живописи материалы. Несмотря на низкокачественную бумагу и небрежный мазок, работы этого периода невероятно ценны своей экспрессивностью. В более поздние годы Зверев стал заложником своего коммерческого успеха, сосредоточившись в основном на иллюстрациях и портретах. В ранних же его работах прослеживается интерес к различным формам и концепциям, ярко выражен интерес к актуальному абстрактному искусству - ташизму и абстрактному экспрессионизму.

Работы происходят из собрания Клод Дей, главного корреспондента France-Soir в СССР. Клод Дей работала корреспондентом на легендарной Бульдозерной выставке в Москве в 1974 году.

Коллекция работ Анатолия Зверева — уникальный артефакт, пожалуй, самого яркого периода творчества художника. В конце 1950-х - начале 1960-х Зверев с готовностью шёл на эксперименты с цветом и формой. Зверев работал с подручными материалами, смело смешивая краски и часто даже добавляя в них непредназначенные для живописи материалы. Несмотря на низкокачественную бумагу и небрежный мазок, работы этого периода невероятно ценны своей экспрессивностью. В более поздние годы Зверев стал заложником своего коммерческого успеха, сосредоточившись в основном на иллюстрациях и портретах. В ранних же его работах прослеживается интерес к различным формам и концепциям, ярко выражен интерес к актуальному абстрактному искусству - ташизму и абстрактному экспрессионизму.

Работы происходят из собрания Клод Дей, главного корреспондента France-Soir в СССР. Клод Дей работала корреспондентом на легендарной Бульдозерной выставке в Москве в 1974 году.

Коллекция работ Анатолия Зверева — уникальный артефакт, пожалуй, самого яркого периода творчества художника. В конце 1950-х - начале 1960-х Зверев с готовностью шёл на эксперименты с цветом и формой. Зверев работал с подручными материалами, смело смешивая краски и часто даже добавляя в них непредназначенные для живописи материалы. Несмотря на низкокачественную бумагу и небрежный мазок, работы этого периода невероятно ценны своей экспрессивностью. В более поздние годы Зверев стал заложником своего коммерческого успеха, сосредоточившись в основном на иллюстрациях и портретах. В ранних же его работах прослеживается интерес к различным формам и концепциям, ярко выражен интерес к актуальному абстрактному искусству - ташизму и абстрактному экспрессионизму.

Работы происходят из собрания Клод Дей, главного корреспондента France-Soir в СССР. Клод Дей работала корреспондентом на легендарной Бульдозерной выставке в Москве в 1974 году.

Коллекция работ Анатолия Зверева — уникальный артефакт, пожалуй, самого яркого периода творчества художника. В конце 1950-х - начале 1960-х Зверев с готовностью шёл на эксперименты с цветом и формой. Зверев работал с подручными материалами, смело смешивая краски и часто даже добавляя в них непредназначенные для живописи материалы. Несмотря на низкокачественную бумагу и небрежный мазок, работы этого периода невероятно ценны своей экспрессивностью. В более поздние годы Зверев стал заложником своего коммерческого успеха, сосредоточившись в основном на иллюстрациях и портретах. В ранних же его работах прослеживается интерес к различным формам и концепциям, ярко выражен интерес к актуальному абстрактному искусству - ташизму и абстрактному экспрессионизму.

Работы происходят из собрания Клод Дей, главного корреспондента France-Soir в СССР. Клод Дей работала корреспондентом на легендарной Бульдозерной выставке в Москве в 1974 году.

Коллекция работ Анатолия Зверева — уникальный артефакт, пожалуй, самого яркого периода творчества художника. В конце 1950-х - начале 1960-х Зверев с готовностью шёл на эксперименты с цветом и формой. Зверев работал с подручными материалами, смело смешивая краски и часто даже добавляя в них непредназначенные для живописи материалы. Несмотря на низкокачественную бумагу и небрежный мазок, работы этого периода невероятно ценны своей экспрессивностью. В более поздние годы Зверев стал заложником своего коммерческого успеха, сосредоточившись в основном на иллюстрациях и портретах. В ранних же его работах прослеживается интерес к различным формам и концепциям, ярко выражен интерес к актуальному абстрактному искусству - ташизму и абстрактному экспрессионизму.

Работы происходят из собрания Клод Дей, главного корреспондента France-Soir в СССР. Клод Дей работала корреспондентом на легендарной Бульдозерной выставке в Москве в 1974 году.

Документирование повседневности - один из ключевых аспектов живописи Михаила Рогинского. По воспоминаниям современников, неприглядная и бытовая обыденность приводила его в чистейший восторг. Его обшарпанные двери и помятые эмалированные кастрюли -- предметы совершенно не располагающие к созерцанию - обретали биографию и характер через живопись, открывая неожиданные грани форм и фактур. Общественные пространства, вроде улиц или коммунальных квартир, Рогинский рассматривал с такой же пристальностью. Под внимательным взглядом серо-сизое изображение загруженной улицы не выглядит мрачным или депрессивным: в сером городском тумане раскрываются оттенки синего, желтого, розового.

Розовый забор — частый мотив в работах Михаила Рогинского 1960-х годов. В 2016 году аналогичная работа «Розовый забор. Рельсы» стала частью собрания парижского Музея Помпиду.

На оборотной стороне работы авторские подписи на русском и французском языках, а также штампы свидетельствующие о вывозе работы из СССР во Францию, а также о выставках, в которых работа была представлена.

«Розовые заборы, розовые интерьеры и дома, неоднократно встречающиеся в произведениях Рогинского, никак нельзя считать банальностью, привычным и знакомым всем антуражем. Это также не абсурдная реальность советской жизни, которую любили изображать многие неофициальные художники. Рогинский, раскрашивая свои заборы и стены в розовый цвет, хотел создать очевидный и одновременно невозможный предмет, которого нигде и никогда не было. Предмет, подобный его знаменитой картине-объекту красная «Дверь», также намеренно маркирующей границу нашей обыденной жизни. Рогинского интересовали предметы мгновенно опознаваемые, почти идентичные знакомому бытовому окружению и вместе с тем иные. Конечно, Рогинский не был художником-бытописателем. Он был живописцем преображенной реальности и работал так, чтобы бытовую деталь и обыденную сцену сделать символом бытия вообще. Его интересовала жизнь, преображенная памятью (как в его поздних парижских работах) или превращенная в театр вещей в его натюрмортах. Не случайно Рогинский начинал свой творческий путь как театральный художник. И эта связь с театральным, игровым и вместе с тем конкретным и вещественным миром сцены сохранилась в его творчестве. Отметим, что впервые розовый забор и розовые дома в творчестве художника появляются в эскизах к одной из провинциальных театральных постановок «Балаганчика» А. Блока в конце 1950-х.»

Текст к выставке «Прощание с розовым забором», Анна Корндорф, Екатерина Бобринская

Виктор Цой работал как с дорогими художественными материалами, привезёнными из заграничных поездок, так и с дешёвыми подручными средствами. Работа выполнена на низкокачественной коричневой бумаге при помощи фломастеров и восковых мелков. В примитивных на первый взгляд формах, напоминающих детский рисунок, можно увидеть рыбий скелет и квадратную голову героя, готового проглотить его. Угловатые гротескные фигуры, схожие с наскальной живописью или уличным искусством, появились в рисунках Цоя еще в ранние годы. Они говорят о насилии, ярости, обиде и разрушительных отношениях, выражают яркие эмоции и универсальные импульсы. .

Стилистически работы Виктора Цоя близки к творчеству Жан-Мишеля Баскии и Кита Харинга. Многие из них посвящены современной культуре, кинематографу 1980-х и общим творческим трендам, преимущественно зарубежным. Цой был знаком и с работами Энди Уорхола, от которого получил в подарок подписанную банку томатного супа Campbell.

Книга букв — масштабный проект Ивана Языкова, начатый ещё в 1999 году. Языков соединяет традиции детских букварей, средневековых бестиариев и визуальных головоломок. Крупное изображение каждой из букв русского алфавита обрастает крохотными изображениями предметов, животных и явлений, начинающихся на эту же букву. Букву З Языков иллюстрирует зверями из зоопарка и медицинскими инструментами. Поверхностный взгляд на изображение не раскрывает всей его глубины: детали раскрываются одна за одной и требуют пристального внимания. Взрослый зритель творчества Языкова  снова ощущает в себе детское любопытство и зудящее стремление разгадать головоломку. Помимо этой “детскости”, Языков отсылает зрителя к европейской традиции гравюры и мультидисциплинарного художественного мышления эпохи Ренессанса.

Работа Ивана Языкова, представленная на торгах — уникальный оригинальный экземпляр, выполненный рапидографом на бумаге. Все иллюстрации из серии “Книга букв” присутствуют на рынке в виде тиражных копий. Однако, у каждой из них есть графический оригинал, легко опознаваемый по нестандартному размеру: в отличие от тиражных листов 70х50 см, оригинальные работы Языков представляет в размере 90х60 см.

Монстр — это зверь, живущий в зазоре всего логического
Ему свойственно отбегание в сторону
Человек мог бы позаимствовать у него принцип непривязанности

Д.А. Пригов, “Классификация зверей”

Бестиарий Д.А. Пригова насчитывает множество странных созданий. Подобно существам с ренессансных гравюр, все они имеют не только зоологический, но и символический аспект. В них сталкиваются категории прекрасного и ужасного, возвышенного и безобразного. Эти существа преодолевают ожидания зрителя не только от своей формы, но и от отношений с пространством, в котором они существуют. Необычайно крупная голова с человеческими глазами и носом, тонкие пятипалые ноги не имеют смысла в живой природе и человеческой гравитации, однако совершенно не мешают животному в пространстве рисунка. Лицо монстра, отчасти схожее с автопортретами Д.А. Пригова, также встречается в серии “Человеческие типы”.

Эта работа - эскиз к рисунку "Лама", выполненной во второй половине 1980-х.

Монстр — это зверь, живущий в зазоре всего логического
Ему свойственно отбегание в сторону
Человек мог бы позаимствовать у него принцип непривязанности

Д.А. Пригов, “Классификация зверей”

Бестиарий Д.А. Пригова насчитывает множество странных созданий. Подобно существам с ренессансных гравюр, все они имеют не только зоологический, но и символический аспект. В них сталкиваются категории прекрасного и ужасного, возвышенного и безобразного. Эти существа преодолевают ожидания зрителя не только от своей формы, но и от отношений с пространством, в котором они существуют. Необычайно крупная голова с человеческими глазами и носом, тонкие пятипалые ноги не имеют смысла в живой природе и человеческой гравитации, однако совершенно не мешают животному в пространстве рисунка. Лицо монстра, отчасти схожее с автопортретами Д.А. Пригова, также встречается в серии “Человеческие типы”.

Эта работа - эскиз к рисунку "Лама", выполненной во второй половине 1980-х.

Как и во многих других работах, Андрей Гросицкий манипулирует объёмами и фактурами холста. Конструируя реальность, Гросицкий как правило вводит трёхмерные объекты, заставляя живопись выйти за границы холста. Однако, работа «Музей» использует совершенно обратный принцип: Гросицкий моделирует объём живописью, при этом оставаясь строго в рамках параметров, заданных основой — куском оргалита. Художник не ставит задачу воспроизвести повешенные на стене картины — красочный слой на них передан довольно условным расплывчатым набором цветов — но фиксирует саму концепцию музейной стены, игру теней и форм, встреченную на ней.

Техника trompe-’oeil (обман зрения, гиперреалистичная живописная имитация пространства или предмета) исторически использовалась для развлечения и демонстрации статуса заказчика. Нарисованные купола, сады и колоннады в архитектурных комплексах эпохи барокко создавали иллюзию бесконечного пространства там, где оно было бы физически невозможно. Таким же образом, работа Гросицкого создаёт иллюзию музея для работ, которые по обстоятельствам эпохи не могли в нём оказаться.

Данную работу из серии «Point», созданную под впечатлением от поездки в США, Виталий Пушницкий признаёт одной из ключевых в этот период своего творчества. Центральной фигурой в композиции не случайно становится решётка радиатора грузовика марки MAN – образ, по словам художника, выражающий одновременно «и критику, и спор на тему человека». Через этот, на первый взгляд, банальный фрагмент повседневности художник исследует фундаментальные вопросы современности: природу человеческой идентичности, соотношение органического и механического, человеческого и нечеловеческого в нашей культуре.
Ключевым формальным решением всей серии становится выбор формата тондо (круглой композиции), который одновременно отсылает к ренессансным работам Рафаэля и воплощает ключевой мотив проекта – «точку зрения» как инструмент познания и визуальной фиксации мира.
Монохромная палитра усиливает философскую направленность работы, устраняя, по мнению Пушницкого, «сентиментальное измерение» цвета и фокусируя внимание на материальности объекта, игре света и тени. Произведение отличается мастерской масляной техникой с пастозным мазком, а эксперименты с освещением (вынос источника света за пределы холста) создают иллюзию объема.

В мировой культуре остров как архетип и как символ имеет несколько значений: с одной стороны – пространство изоляции, с другой – место для убежища или приюта. Образы острова как необитаемого, дикого, пустынного отсылают к знакомому шаблону из романа Д. Дефо «Робинзон Крузо». Пушницкий, подобно героям произведения, мыслит Остров через категорию одиночества. Новый проект станет результатом полемики автора с предметами, окружающими мастера в его изоляции. Однако при всей кажущейся меланхоличности идеи, «Остров» – это интенция наладить связь с наблюдателем, а не закрыться, исчезнуть или остаться незамеченным. Художник не раз говорит о тотальном единении со своими работами.

Работа опубликована в каталоге выставки "Студии. Ожидание" (2025, Музей архитектуры им. Щусева).

Во второй половине 1980-х Никита Алексеев работал со столовой клеёнкой, используя её вместо холста. Он был настолько увлечён своим открытием, что взял с собой в эмиграцию рулон советской клеёнки и продолжил работу над масштабными работами уже во Франции.

Вместо лицевой вощёной стороны клеёнки Никита Алексеев предпочёл работать на ворсистой изнанке. Работа начиналась с брызг разноцветной туши, которой художник покрывал чистую клеёнку, поверх неё накладывая белила и акрил. Текст, написанный Алексеевым на больших живописных работах — французский перевод фрагментов из книги Екклесиаста, философского фрагмента Ветхого Завета о бренности сущего и неизбежности судьбы, чье авторство приписывается Царю Соломону.

Серия работ “Дом с мезонином” — целая книга Олега Васильева, посвящённая знаменитому чеховскому рассказу. Это не иллюстрации, а выражения впечатлений от текста применительно к человеку ХХ века. Первая часть литографий наиболее приближена к чеховскому тексту: в ней возникает образ покинутого дома и пара влюблённых, разлучённых обстоятельствами. Вторая же часть серии на первый взгляд кажется ещё более оторванной от первоисточника. На литографиях возникают советские плакаты, полосы газеты “Правда”, фигуры партийных функционеров, лозунги в духе “Каждая кухарка должна уметь управлять государством”. Чеховский текст, написанный на излёте имперской эпохи, таким образом рифмуется со сложным и отчасти беспомощным мироощущением советского человека в годы краха СССР.

Этот экземпляр Васильев подарил Виктору и Маргарите Тупицыным, арт-критикам и близким друзьям художника. На каждом листе сохранилась дарственная надпись карандашом.

“Русские картинки” Сергея Шаблавина — гиперреализм, скрещённый с геометрической абстракцией, фрагментация пространства картины и культурного пространства целой страны. Собирая вместе все культурные стереотипы — балет, Красная площадь, соцреалистские портреты — Шаблавин создаёт череду мелькающих кадров, в которых закодирована целая эпоха. Новая Россия девяностых, неразрывно связанная со своей старой, советской ипостасью, представлена трогательным, отчасти ностальгическим калейдоскопом обрезанных кадров.

Наиболее точное определение своим скульптурам дал сам Шелковский, назвав их «рисунками в воздухе». «Меня интересует не массив камня, гипса, бронзы, а скорее абрис, схема, прозрачность. Я как бы рисую в воздухе, взгляд видит линии, контур, и лишь воображение создает общее, то есть сам предмет». Художник подчеркивает, что любая его работа, даже самая абстрактная, «имеет точкой отправления какую-то реальность». Природа, видимый мир — постоянный источник его творчества. Редуцируя изображение конкретного объекта до геометрической фигуры или линии, Шелковский обнажает его внутреннюю структуру и превращает в архетипический символ, эйдос.

Мультимедиа арт Музей

Серия с квадратиками - продолжение серии ‘Жест немного застревает’ из одноименной выставке в музее декоративно-прикладного искусства в 2021 году.
Она посвящена размышлениям о природе художественной практики. Сталкиваясь с систематизированным образованием или работая долгие годы профессионально в сфере искусства, у художника иногда утекает из рук самое ценное - потенция собственного жеста, как вдоха или взгляда, теряясь в монотонности исполнения своих работ. Я решила усугубить ситуацию , и рисовала одинаковые квадратики на множестве отдельных листов и страницах блокнота, чтобы стереть в себе согласность с долгом производства новых работ. На каком-то из десятков квадратов ощутилось, что спасение иногда приходит через пейзажное восприятие цвета , чем знаковое, как порождение культур массового потребления. А изображение пейзажа это всегда жест, потому что мы меряем его своими шагами, идущими к горизонту.

Лиза Бобкова

«Сейчас что-то будет» принадлежит к зрелому фигуративному периоду в творчестве художника. Произведение создано на специально подготовленном холсте в характерной для Чёлушкина манере, совмещающей различные приёмы работы графитом – от свободной штриховки до плотной тональной заливки, с включениями акриловых белил. Поверхность обладает сложной фактурой, на которой чередуются участки плотного красочного слоя и следы процарапывания или соскабливания. Это придаёт изображению дополнительную визуальную экспрессию и фактурную глубину.
Сюжет работы – конкурс красоты – отсылает к явлениям массовой западной культуры. Композиция выстроена в панорамном горизонтальном формате, акцентирующем групповую динамику и ритмическое движение фигур. Центральная группа женщин, запечатлённых в неожиданных позах – с поднятыми руками, разворотами торсов – создаёт ощущение напряжённого, почти ритуального ожидания. Художник использует многослойную работу графитом для достижения гиперреалистичной детализации, передающей объём и текстуру кожи и тканей купальников. Акриловые добавления сообщают поверхности матовость, а монохромная палитра, построенная на тонких градациях серого, усиливает драматизм сцены: отсутствие цвета концентрирует внимание на пластике и уязвимости обнажённого тела.

Кадрированные изображения фигур со спины — характерная концепция для поздних работ Натальи Нестеровой. Такой формат помещает зрителя непосредственно в пространство картины: он смотрит не на работу, а буквально в её пространство, разглядывая сцену через плечо модели. Вероятно, что эта работа — один из многих аналогичных автопортретов художницы. Для неё умение выразить настроение и состояние не через лицо, а через спину и плечи было главной художественной задачей.
Характерная для Нестеровой пастозность живописи ярко проявляется и в этой работе. Густой мазок, богатство текстуры — ещё один аспект наслаждения полнотой жизни и её осязаемых аспектов. Тема накрытых столов, беззаботногоо времяпрепровождения на скачках и морских побережьях постоянно повторялась в работах Нестеровой после эмиграции в США. Однако, работа “Стол” имеет меланхоличный оттенок: опущенная на локоть голова модели в шляпе, опрокинутый на белую скатерть бокал красного вина, пустая тарелка с орешком.

Этот рисунок Эрика Булатова, схожий с самыми знаменитыми его живописными произведениями, относится к особенной серии. В 2007 году Булатов выпустил книгу “Картина и живопись”, отражающей его видение пространства холста и живописи как таковой. Каждый из 285 экземпляров книги сопровождался оригинальным рисунком художника. Каждый рисунок был уникален, и, несмотря на повторяющуюся композицию — линия горизонта с голубым небом и пометками художника — не повторялся.

Рисунок выставляется вместе с книгой Булатова — редким коллекционным экземпляром.

Этот рисунок Эрика Булатова, схожий с самыми знаменитыми его живописными произведениями, относится к особенной серии. В 2007 году Булатов выпустил книгу “Картина и живопись”, отражающей его видение пространства холста и живописи как таковой. Каждый из 285 экземпляров книги сопровождался оригинальным рисунком художника. Каждый рисунок был уникален, и, несмотря на повторяющуюся композицию — линия горизонта с голубым небом и пометками художника — не повторялся.

Рисунок выставляется вместе с книгой Булатова — редким коллекционным экземпляром.

Этот рисунок Эрика Булатова, схожий с самыми знаменитыми его живописными произведениями, относится к особенной серии. В 2007 году Булатов выпустил книгу “Картина и живопись”, отражающей его видение пространства холста и живописи как таковой. Каждый из 285 экземпляров книги сопровождался оригинальным рисунком художника. Каждый рисунок был уникален, и, несмотря на повторяющуюся композицию — линия горизонта с голубым небом и пометками художника — не повторялся.

Рисунок выставляется вместе с книгой Булатова — редким коллекционным экземпляром.

Этот рисунок Эрика Булатова, схожий с самыми знаменитыми его живописными произведениями, относится к особенной серии. В 2007 году Булатов выпустил книгу “Картина и живопись”, отражающей его видение пространства холста и живописи как таковой. Каждый из 285 экземпляров книги сопровождался оригинальным рисунком художника. Каждый рисунок был уникален, и, несмотря на повторяющуюся композицию — линия горизонта с голубым небом и пометками художника — не повторялся.

Рисунок выставляется вместе с книгой Булатова — редким коллекционным экземпляром.

Этот рисунок Эрика Булатова, схожий с самыми знаменитыми его живописными произведениями, относится к особенной серии. В 2007 году Булатов выпустил книгу “Картина и живопись”, отражающей его видение пространства холста и живописи как таковой. Каждый из 285 экземпляров книги сопровождался оригинальным рисунком художника. Каждый рисунок был уникален, и, несмотря на повторяющуюся композицию — линия горизонта с голубым небом и пометками художника — не повторялся.

Рисунок выставляется вместе с книгой Булатова — редким коллекционным экземпляром.