Работа «Exposed is Hidden» представляет собой объект перехода, портал, скрывающий нечто неотделимое от реальной делюзии повседневной жизни каждого, кто посмотрит сквозь него. Сродни ритуальному зеркалу, этот объект высвечивает иллюзорные проекции, которые мы транслируем в кафе, метро, на работе или дома, не задумываясь, как воспринятые нами артефакты реальности расходятся в восприятии и трактовке с их объективными проявлениями. Являясь неким «обрамлением», объект обозначает присутствие в пространстве и приглашает вообразить, что может находиться в пустующем, прозрачном центре объекта.

Серия проводит параллель между снами и виртуальной реальностью: обе ситуации предоставляют возможность для формирования собственной комфортной зоны, идеального нефизического пространства, которое каждый человек создаёт исходя из своих предпочтений и бессознательных желаний. Каждая работа — это собранные в коллажи скриншоты мест и сообществ в интернете, пропущенные через нейросеть для утраты конкретики и придания визуального эффекта сновиденческого опыта. Изображения перенесены на кальку и помещены в эпоксидные формы послойно, подобно перебивающим друг друга вкладкам и потоку информации в интернете и во снах.

В одном интервью Джон Кейдж (John Cage), автор музыкальной пьесы 4'33'', в ответ на просьбу охарактеризовать себя в нескольких словах сказал: «Старайтесь выбраться из любой клетки («cage»), в которой окажетесь».
Все вещи вокруг нас — шумят. Иногда этот шум можно зафиксировать лишь инструментально. Визуальный и аудиальный шум — это оболочка, в которой мы все оказались. Шум как вязкий гиперобъект, из которого нельзя выбраться. Даже в депривационной камере человек не способен услышать полной тишины, так как в его ушах будет раздаваться шум кровеносной системы и биение сердца.
Тишина в этой работе представляется недостижимым состоянием, редким существом, заточенным среди разноцветных шумов. Зелёный шум — сигнал, сконцентрированный в середине звукового спектра, с усиленной областью частот в районе 500 Гц. Спектр оранжевого шума имеет полоски нулевой энергии, рассеянные по всему спектру, на частотах музыкальных нот — «кислые» апельсиновые ноты. Розовый шум «мерцаний» обладает «памятью» о своём прошлом, равномерной в логарифмической шкале времени. Сердечные ритмы, электрическая активность мозга, излучение космических тел и электронные устройства имеют розовое звучание.

«Сюда может относиться нечто, существующее в другой плоскости или другим способом, нечто, столь похожее на человека, что мы принимаем его за человека, хотя это может быть не так. А они живут среди нас незамеченными...» (Джон Фишер).
В работе исследуется феномен анонимности в интернете и проблема, с которой можно столкнуться каждый день, — невозможность знать наверняка, с кем или с чем ты общаешься онлайн. В мире виртуальных взаимодействий идентичность пользователей ограничивается аватарами, которые множатся бесконечное количество раз в зависимости от того, кто зритель. Создание цифровых сущностей часто проистекает из желания найти понимание и связь с другими, даже если мы не знаем их лично, — но за этой потребностью в видимости скрывается неопределенность и риск: у пользователя нет полной уверенности, кто за ним наблюдает.
Через использование флюидных образов художница размышляет об идентичности, смешении виртуального и человеческого, связи и роли, которую мы играем в онлайн-мире

«Пустота.mp3» представляет собой инсталляцию из осколков пустых CD-дисков, помещенных между покровными лабораторными стеклами. По Хайдеггеру, бытие разговаривает с людьми посредством тишины — пустота есть Ничто в Чаше. Признавая необходимость шума, автор подчеркивает и то, что, по Маклюэну, технологии приводят людей в состояние оцепенения и полутранса. Однако в этом проекте именно тишина является возможностью, неким порталом, в котором ещё «ничего не происходит», а потому здесь можно остановиться без страха упустить очередной технологический рывок. Пустые CD-диски предстают как субстанция, требующая тщательного изучения, потому что моменты пустоты и тишины — это единственные моменты, за которыми последует что-то непредсказуемое и созидающее.

Серия работ посвящена детским страхам, которые приходят к нам из снов сквозь детство во взрослую жизнь. В этой серии художница учится управлять воспоминаниями и вместо блокировки травм прорабатывать их, разрушая имплантированные воспоминания, которые были навязаны в менее сознательном возрасте.

Размышляя о хрупкости пластиковой игрушки как объекта и символа детства, отражающего физическое состояние, появляется ощущение, как воспоминания просачиваются сквозь пальцы в момент перебирания маленьких кусочков пластика. Собрав множество игрушек вместе, получается нечто, что уже не является просто шоколадным яйцом с подарком внутри, — это метаболическое воспоминание из интерсубъективного пространства культуры начала нулевых

Что остается на память из детства? Фотографии, воспоминания. Но последние по прошествии времени могут поддаться оценочному восприятию через накопленный опыт, перестраивая при этом мысли, ощущения из детства. Отсюда — неопределенность, двойственность. Происходящее в 90-е годы в России тоже может вызвать противоречивую реакцию как следствие стремительных перемен в обществе, мире. Серия работ — попытка отразить эти изменения, неоднозначность реальности, воспоминаний и восприятия через личную историю.

Данные скетчбуки являются документацией рабочего процесса последних нескольких лет и включают в себя различные эксперименты с техниками.

Процесс взросления происходит через потерю, никем не оплаканную. Вместе с веществами, опасными развлечениями, одиночеством, доступной стала и фотография. Она-то всегда замечает настоящий момент. И сквозь время отсылает к истокам. Однажды проснувшись с ощущением, что плёнка из украденной в 13 лет камеры нашлась, я решила «собрать» её — по кадру. Снимала снова у той же реки, узнавала ракурсы в семейном архиве. Искала причины: почему сегодняшние события стали возможны?

Процесс взросления происходит через потерю, никем не оплаканную. Вместе с веществами, опасными развлечениями, одиночеством, доступной стала и фотография. Она-то всегда замечает настоящий момент. И сквозь время отсылает к истокам. Однажды проснувшись с ощущением, что плёнка из украденной в 13 лет камеры нашлась, я решила «собрать» её — по кадру. Снимала снова у той же реки, узнавала ракурсы в семейном архиве. Искала причины: почему сегодняшние события стали возможны?

Процесс взросления происходит через потерю, никем не оплаканную. Вместе с веществами, опасными развлечениями, одиночеством, доступной стала и фотография. Она-то всегда замечает настоящий момент. И сквозь время отсылает к истокам. Однажды проснувшись с ощущением, что плёнка из украденной в 13 лет камеры нашлась, я решила «собрать» её — по кадру. Снимала снова у той же реки, узнавала ракурсы в семейном архиве. Искала причины: почему сегодняшние события стали возможны?

Создавалась в течение 3 лет (2020–2022). Переплёт, заглавие по шпону и вынимаемый серебряно-желатиновый отпечаток выполнены вручную в каждой книге. Осталось 5 книг из тиража 50 экз. (32 на рус. и 18 на англ. яз.), пронумерованы и подписаны автором. Формат 13×17 см, 144 стр. Бумага, калька, цифровая и серебряно-желатиновая печать, шпон, пирография, шелкография

Чаще призывов оставаться дома с началом пандемии раздавались только рекомендации мыть руки. На авансцену биологического театра военных действий выходит… обычное мыло. Неожиданно вирус, победивший не один бизнес, повлиявший на политику и изменивший мир, оказался беспомощным против самого привычного предмета обихода. Считаю несправедливым отсутствие мыла на телеканалах и обложках главных мировых журналов и беру на себя ответственность показать общественности едва ли не главных героев года. В представленной серии арии исполняют опытные глицериновые бойцы и только подающие надежду звёзды.

Чаще призывов оставаться дома с началом пандемии раздавались только рекомендации мыть руки. На авансцену биологического театра военных действий выходит… обычное мыло. Неожиданно вирус, победивший не один бизнес, повлиявший на политику и изменивший мир, оказался беспомощным против самого привычного предмета обихода. Считаю несправедливым отсутствие мыла на телеканалах и обложках главных мировых журналов и беру на себя ответственность показать общественности едва ли не главных героев года. В представленной серии арии исполняют опытные глицериновые бойцы и только подающие надежду звёзды.

Чаще призывов оставаться дома с началом пандемии раздавались только рекомендации мыть руки. На авансцену биологического театра военных действий выходит… обычное мыло. Неожиданно вирус, победивший не один бизнес, повлиявший на политику и изменивший мир, оказался беспомощным против самого привычного предмета обихода. Считаю несправедливым отсутствие мыла на телеканалах и обложках главных мировых журналов и беру на себя ответственность показать общественности едва ли не главных героев года. В представленной серии арии исполняют опытные глицериновые бойцы и только подающие надежду звёзды.

Чаще призывов оставаться дома с началом пандемии раздавались только рекомендации мыть руки. На авансцену биологического театра военных действий выходит… обычное мыло. Неожиданно вирус, победивший не один бизнес, повлиявший на политику и изменивший мир, оказался беспомощным против самого привычного предмета обихода. Считаю несправедливым отсутствие мыла на телеканалах и обложках главных мировых журналов и беру на себя ответственность показать общественности едва ли не главных героев года. В представленной серии арии исполняют опытные глицериновые бойцы и только подающие надежду звёзды.

В основе проекта «Узоры» — исследование перехода из утопии в антиутопию тотальной унификации. Задействованная в орнаменте массы человеческая фигура порывает с индивидуальным ради анонимности, а люди становятся паттерном, формой, подчиненной общей цели.

Размышление о силе толпы и её способности как созидать, так и разрушать. Перформанс длился 30 минут, и за это время по нескольку раз участники падали от головокружения. Если первые разы такие падения останавливали движение «стаи», то совсем скоро упавшего просто перешагивали, не обращая на него никакого внимания.

Оркестр-перформанс (случайные участники, сувенирные музыкальные инструменты) и наблюдение / размышление о (не)возможности диалога.

Монопринт на полотенце 1963 г. (ручная печать), акрил, страница из книги. Оформлен в белую алюминиевую раму

Монопринт — акрил, цифровой принт, страница из книги. Оформлен в деревянную раму ручной работы

Отпечатки/струйная печать, картон, подсвечник, гвозди, куски дерева, стяжки

В основе проекта — идея цикличности исторических процессов и того, как общие социальные проблемы проявляются через частную семейную историю. В книге детство автора из смутных 1980–90-х годов превращено в сказку через слайды семейного архива, снятые родителями, и соседствует с фотографическим дневником из настоящего, визуально во многом похожим на 90-е. Плавный поток изображений прерывается раскрывающимися клапанами с тревожными тёмными цифровыми пейзажами. Вдохновением для книги стала цветовая палитра Тарковского, кинематографический способ повествования, а также образ несущегося поезда из книги Виктора Пелевина «Жёлтая стрела».

Объёмная книга, сложная система страниц выводит фотокнигу за пределы жанра — книга как арт-объект, скульптура. Книга без нарратива, инструмент для визуальной медитации, вчувствования — переходы между страницами и изображениями выстроены таким образом, чтобы погрузить зрителя в чистый процесс рассматривания, пребывания здесь и сейчас.

Проект исследует традиционный образ лягушки/жабы из мифов. Символ крепко сплетается с женским образом — через рождение, инициацию, колдовство, сверхзнания и связь с другими мирами. Переход в новое качество (от неподвижности к движению) реализуется в мотиве танца, в котором прослеживается связь с традиционными представлениями о производящей силе танца и ритуально-магическими действиями, направленными на воспроизводство. Ещё один слой — образ Евы, убегающей из рая и от его патриархальной иерархии и принуждения. На обложке и внутри верстки встречаются образцы вышивки — мотивы распластанной лягушки, внутри которой часто находится человек.

Сновидческий нарратив, русалочьи сказки, падение ангелов, водоворот.

Принты на бумаге ручного литья, струйная печать, акрил. (подписаны), текущие номера тиража — 2/5. Оформлены в подарочные сеты из 6 штук в коробках ручной работы. Переизобретение мира во время изоляции / ковидных ограничений. Временные скульптуры и натюрморты, собранные из того, что есть дома. «Яйцо, иголка, остров» — время, обращенное вспять. В какую сторону идти — как в сказке — если начало и конец меняются местами? Как существуют вещи, утрачивающие привычные смыслы, и люди без выработанных ориентиров? Мир деконструируется до неузнаваемости, и в этом трансформационном поле мы действуем вслепую, импровизируя и переизобретая всё, что нас окружает, включая себя.

Исследуя тему коллективной и исторической памяти «города-сада», в котором родилась и выросла художница, она соединяет в текстильном коллаже воспоминания и утопические идеи того времени.

Текстильный коллаж, органза, фотопечать на ткани, машинный шов, вышивка, ручное окрашивание ткани

Наблюдая за тем, как растёт её ребёнок, вспоминая свои детские впечатления, художница задумалась о вневременной природе детства, о внутреннем ребёнке, который живёт в каждом человеке, — но черты которого утрачиваются, когда человек становится взрослее

Настоящее воспринимается как время постутопии, в ситуации утраченного будущего. Размышляя об индустриальной памяти, художница обращается к хрупким монументам времени — терриконам, единственным материальным артефактам, оставшимся после закрытия шахт в «городе будущего», где она родилась и выросла.

В проекте «На ночь глядя» я обращаюсь к образу ночи. Эти картины — откровение о моих чувствах, которые можно выразить только языком визуальных образов. Мои пространства — выдуманные, они похожи на реальность, но не до конца. Это про то состояние, когда ты остаёшься наедине с собой и своими мыслями. И ночь в этом отношении становится главным хранителем секретов

В проекте «На ночь глядя» я обращаюсь к образу ночи. Эти картины — откровение о моих чувствах, которые можно выразить только языком визуальных образов. Мои пространства — выдуманные, они похожи на реальность, но не до конца. Это про то состояние, когда ты остаёшься наедине с собой и своими мыслями. И ночь в этом отношении становится главным хранителем секретов

В проекте «На ночь глядя» я обращаюсь к образу ночи. Эти картины — откровение о моих чувствах, которые можно выразить только языком визуальных образов. Мои пространства — выдуманные, они похожи на реальность, но не до конца. Это про то состояние, когда ты остаёшься наедине с собой и своими мыслями. И ночь в этом отношении становится главным хранителем секретов

В проекте «На ночь глядя» я обращаюсь к образу ночи. Эти картины — откровение о моих чувствах, которые можно выразить только языком визуальных образов. Мои пространства — выдуманные, они похожи на реальность, но не до конца. Это про то состояние, когда ты остаёшься наедине с собой и своими мыслями. И ночь в этом отношении становится главным хранителем секретов

В проекте «На ночь глядя» я обращаюсь к образу ночи. Эти картины — откровение о моих чувствах, которые можно выразить только языком визуальных образов. Мои пространства — выдуманные, они похожи на реальность, но не до конца. Это про то состояние, когда ты остаёшься наедине с собой и своими мыслями. И ночь в этом отношении становится главным хранителем секретов

В проекте «На ночь глядя» я обращаюсь к образу ночи. Эти картины — откровение о моих чувствах, которые можно выразить только языком визуальных образов. Мои пространства — выдуманные, они похожи на реальность, но не до конца. Это про то состояние, когда ты остаёшься наедине с собой и своими мыслями. И ночь в этом отношении становится главным хранителем секретов

В проекте «На ночь глядя» я обращаюсь к образу ночи. Эти картины — откровение о моих чувствах, которые можно выразить только языком визуальных образов. Мои пространства — выдуманные, они похожи на реальность, но не до конца. Это про то состояние, когда ты остаёшься наедине с собой и своими мыслями. И ночь в этом отношении становится главным хранителем секретов

В проекте «На ночь глядя» я обращаюсь к образу ночи. Эти картины — откровение о моих чувствах, которые можно выразить только языком визуальных образов. Мои пространства — выдуманные, они похожи на реальность, но не до конца. Это про то состояние, когда ты остаёшься наедине с собой и своими мыслями. И ночь в этом отношении становится главным хранителем секретов

В проекте «На ночь глядя» я обращаюсь к образу ночи. Эти картины — откровение о моих чувствах, которые можно выразить только языком визуальных образов. Мои пространства — выдуманные, они похожи на реальность, но не до конца. Это про то состояние, когда ты остаёшься наедине с собой и своими мыслями. И ночь в этом отношении становится главным хранителем секретов

В проекте «На ночь глядя» я обращаюсь к образу ночи. Эти картины — откровение о моих чувствах, которые можно выразить только языком визуальных образов. Мои пространства — выдуманные, они похожи на реальность, но не до конца. Это про то состояние, когда ты остаёшься наедине с собой и своими мыслями. И ночь в этом отношении становится главным хранителем секретов

В проекте «На ночь глядя» я обращаюсь к образу ночи. Эти картины — откровение о моих чувствах, которые можно выразить только языком визуальных образов. Мои пространства — выдуманные, они похожи на реальность, но не до конца. Это про то состояние, когда ты остаёшься наедине с собой и своими мыслями. И ночь в этом отношении становится главным хранителем секретов

Проект «Пейзаж» представляет собой серию керамических скульптур из разноцветных глин. Эту серию Элина начала в 2020 году, в них застыли ее впечатления от прошедших путешествий. Обобщенные пейзажи с долей поэтичности передают различные состояния природы от холодных песчаных дюн северного моря до теплых летних степей

Проект «Пейзаж» представляет собой серию керамических скульптур из разноцветных глин. Эту серию Элина начала в 2020 году, в них застыли ее впечатления от прошедших путешествий. Обобщенные пейзажи с долей поэтичности передают различные состояния природы от холодных песчаных дюн северного моря до теплых летних степей

Проект «Пейзаж» представляет собой серию керамических скульптур из разноцветных глин. Эту серию Элина начала в 2020 году, в них застыли ее впечатления от прошедших путешествий. Обобщенные пейзажи с долей поэтичности передают различные состояния природы от холодных песчаных дюн северного моря до теплых летних степей

Проект «Пейзаж» представляет собой серию керамических скульптур из разноцветных глин. Эту серию Элина начала в 2020 году, в них застыли ее впечатления от прошедших путешествий. Обобщенные пейзажи с долей поэтичности передают различные состояния природы от холодных песчаных дюн северного моря до теплых летних степей

Проект «Пейзаж» представляет собой серию керамических скульптур из разноцветных глин. Эту серию Элина начала в 2020 году, в них застыли ее впечатления от прошедших путешествий. Обобщенные пейзажи с долей поэтичности передают различные состояния природы от холодных песчаных дюн северного моря до теплых летних степей

Проект «Пейзаж» представляет собой серию керамических скульптур из разноцветных глин. Эту серию Элина начала в 2020 году, в них застыли ее впечатления от прошедших путешествий. Обобщенные пейзажи с долей поэтичности передают различные состояния природы от холодных песчаных дюн северного моря до теплых летних степей

Проект «Пейзаж» представляет собой серию керамических скульптур из разноцветных глин. Эту серию Элина начала в 2020 году, в них застыли ее впечатления от прошедших путешествий. Обобщенные пейзажи с долей поэтичности передают различные состояния природы от холодных песчаных дюн северного моря до теплых летних степей

Проект «Пейзаж» представляет собой серию керамических скульптур из разноцветных глин. Эту серию Элина начала в 2020 году, в них застыли ее впечатления от прошедших путешествий. Обобщенные пейзажи с долей поэтичности передают различные состояния природы от холодных песчаных дюн северного моря до теплых летних степей

Проект «Пейзаж» представляет собой серию керамических скульптур из разноцветных глин. Эту серию Элина начала в 2020 году, в них застыли ее впечатления от прошедших путешествий. Обобщенные пейзажи с долей поэтичности передают различные состояния природы от холодных песчаных дюн северного моря до теплых летних степей

Проект «Пейзаж» представляет собой серию керамических скульптур из разноцветных глин. Эту серию Элина начала в 2020 году, в них застыли ее впечатления от прошедших путешествий. Обобщенные пейзажи с долей поэтичности передают различные состояния природы от холодных песчаных дюн северного моря до теплых летних степей

В проекте «Острее жизни или ледяная симфония» представлены абстрактные пейзажи крайнего севера. Овальные холсты символизируют время. Снег — метафора человеческих судеб, ведь в природе каждая снежинка уникальна, как и каждый человек. Поколения за поколениями пролетают перед лицом времени. Вода принимает в себя снегопад, чтобы позднее вновь его создать.
На пейзажи меня вдохновляли рассказы близких про Воркуту. Огромное количество снега, под которым скрываются автобусные остановки и первые этажи зданий. Справки ГО и ЧС каждое утро. Полярные день и ночь. Суровый северный Урал, который находится по соседству. И шутка про то, что лето было только один день, а снегопад случается в любое время года

В проекте «Острее жизни или ледяная симфония» представлены абстрактные пейзажи крайнего севера. Овальные холсты символизируют время. Снег — метафора человеческих судеб, ведь в природе каждая снежинка уникальна, как и каждый человек. Поколения за поколениями пролетают перед лицом времени. Вода принимает в себя снегопад, чтобы позднее вновь его создать.
На пейзажи меня вдохновляли рассказы близких про Воркуту. Огромное количество снега, под которым скрываются автобусные остановки и первые этажи зданий. Справки ГО и ЧС каждое утро. Полярные день и ночь. Суровый северный Урал, который находится по соседству. И шутка про то, что лето было только один день, а снегопад случается в любое время года

В проекте «Острее жизни или ледяная симфония» представлены абстрактные пейзажи крайнего севера. Овальные холсты символизируют время. Снег — метафора человеческих судеб, ведь в природе каждая снежинка уникальна, как и каждый человек. Поколения за поколениями пролетают перед лицом времени. Вода принимает в себя снегопад, чтобы позднее вновь его создать.
На пейзажи меня вдохновляли рассказы близких про Воркуту. Огромное количество снега, под которым скрываются автобусные остановки и первые этажи зданий. Справки ГО и ЧС каждое утро. Полярные день и ночь. Суровый северный Урал, который находится по соседству. И шутка про то, что лето было только один день, а снегопад случается в любое время года

В проекте «Острее жизни или ледяная симфония» представлены абстрактные пейзажи крайнего севера. Овальные холсты символизируют время. Снег — метафора человеческих судеб, ведь в природе каждая снежинка уникальна, как и каждый человек. Поколения за поколениями пролетают перед лицом времени. Вода принимает в себя снегопад, чтобы позднее вновь его создать.
На пейзажи меня вдохновляли рассказы близких про Воркуту. Огромное количество снега, под которым скрываются автобусные остановки и первые этажи зданий. Справки ГО и ЧС каждое утро. Полярные день и ночь. Суровый северный Урал, который находится по соседству. И шутка про то, что лето было только один день, а снегопад случается в любое время года

В проекте «Острее жизни или ледяная симфония» представлены абстрактные пейзажи крайнего севера. Овальные холсты символизируют время. Снег — метафора человеческих судеб, ведь в природе каждая снежинка уникальна, как и каждый человек. Поколения за поколениями пролетают перед лицом времени. Вода принимает в себя снегопад, чтобы позднее вновь его создать.
На пейзажи меня вдохновляли рассказы близких про Воркуту. Огромное количество снега, под которым скрываются автобусные остановки и первые этажи зданий. Справки ГО и ЧС каждое утро. Полярные день и ночь. Суровый северный Урал, который находится по соседству. И шутка про то, что лето было только один день, а снегопад случается в любое время года

В проекте «Острее жизни или ледяная симфония» представлены абстрактные пейзажи крайнего севера. Овальные холсты символизируют время. Снег — метафора человеческих судеб, ведь в природе каждая снежинка уникальна, как и каждый человек. Поколения за поколениями пролетают перед лицом времени. Вода принимает в себя снегопад, чтобы позднее вновь его создать.
На пейзажи меня вдохновляли рассказы близких про Воркуту. Огромное количество снега, под которым скрываются автобусные остановки и первые этажи зданий. Справки ГО и ЧС каждое утро. Полярные день и ночь. Суровый северный Урал, который находится по соседству. И шутка про то, что лето было только один день, а снегопад случается в любое время года

В проекте «Острее жизни или ледяная симфония» представлены абстрактные пейзажи крайнего севера. Овальные холсты символизируют время. Снег — метафора человеческих судеб, ведь в природе каждая снежинка уникальна, как и каждый человек. Поколения за поколениями пролетают перед лицом времени. Вода принимает в себя снегопад, чтобы позднее вновь его создать.
На пейзажи меня вдохновляли рассказы близких про Воркуту. Огромное количество снега, под которым скрываются автобусные остановки и первые этажи зданий. Справки ГО и ЧС каждое утро. Полярные день и ночь. Суровый северный Урал, который находится по соседству. И шутка про то, что лето было только один день, а снегопад случается в любое время года

В проекте «Острее жизни или ледяная симфония» представлены абстрактные пейзажи крайнего севера. Овальные холсты символизируют время. Снег — метафора человеческих судеб, ведь в природе каждая снежинка уникальна, как и каждый человек. Поколения за поколениями пролетают перед лицом времени. Вода принимает в себя снегопад, чтобы позднее вновь его создать.
На пейзажи меня вдохновляли рассказы близких про Воркуту. Огромное количество снега, под которым скрываются автобусные остановки и первые этажи зданий. Справки ГО и ЧС каждое утро. Полярные день и ночь. Суровый северный Урал, который находится по соседству. И шутка про то, что лето было только один день, а снегопад случается в любое время года

В проекте «Острее жизни или ледяная симфония» представлены абстрактные пейзажи крайнего севера. Овальные холсты символизируют время. Снег — метафора человеческих судеб, ведь в природе каждая снежинка уникальна, как и каждый человек. Поколения за поколениями пролетают перед лицом времени. Вода принимает в себя снегопад, чтобы позднее вновь его создать.
На пейзажи меня вдохновляли рассказы близких про Воркуту. Огромное количество снега, под которым скрываются автобусные остановки и первые этажи зданий. Справки ГО и ЧС каждое утро. Полярные день и ночь. Суровый северный Урал, который находится по соседству. И шутка про то, что лето было только один день, а снегопад случается в любое время года

В проекте «Острее жизни или ледяная симфония» представлены абстрактные пейзажи крайнего севера. Овальные холсты символизируют время. Снег — метафора человеческих судеб, ведь в природе каждая снежинка уникальна, как и каждый человек. Поколения за поколениями пролетают перед лицом времени. Вода принимает в себя снегопад, чтобы позднее вновь его создать.
На пейзажи меня вдохновляли рассказы близких про Воркуту. Огромное количество снега, под которым скрываются автобусные остановки и первые этажи зданий. Справки ГО и ЧС каждое утро. Полярные день и ночь. Суровый северный Урал, который находится по соседству. И шутка про то, что лето было только один день, а снегопад случается в любое время года

Проект получил название от вышедшего из употребления слова «Образа», ранее употреблявшегося для обозначения икон. Через представленные работы я ищу своё ощущение образа абсолютного существа, которое подсматривает за нашим миром через других созданий, лишенных смятения, потерянности и поиска обоснования собственной ценности, свойственных человеку

Проект получил название от вышедшего из употребления слова «Образа», ранее употреблявшегося для обозначения икон. Через представленные работы я ищу своё ощущение образа абсолютного существа, которое подсматривает за нашим миром через других созданий, лишенных смятения, потерянности и поиска обоснования собственной ценности, свойственных человеку

Проект получил название от вышедшего из употребления слова «Образа», ранее употреблявшегося для обозначения икон. Через представленные работы я ищу своё ощущение образа абсолютного существа, которое подсматривает за нашим миром через других созданий, лишенных смятения, потерянности и поиска обоснования собственной ценности, свойственных человеку

Проект получил название от вышедшего из употребления слова «Образа», ранее употреблявшегося для обозначения икон. Через представленные работы я ищу своё ощущение образа абсолютного существа, которое подсматривает за нашим миром через других созданий, лишенных смятения, потерянности и поиска обоснования собственной ценности, свойственных человеку

Проект получил название от вышедшего из употребления слова «Образа», ранее употреблявшегося для обозначения икон. Через представленные работы я ищу своё ощущение образа абсолютного существа, которое подсматривает за нашим миром через других созданий, лишенных смятения, потерянности и поиска обоснования собственной ценности, свойственных человеку

Проект получил название от вышедшего из употребления слова «Образа», ранее употреблявшегося для обозначения икон. Через представленные работы я ищу своё ощущение образа абсолютного существа, которое подсматривает за нашим миром через других созданий, лишенных смятения, потерянности и поиска обоснования собственной ценности, свойственных человеку